Американская «змея» прижилась в русском небе

04.05.2010 - 16:04
Максим Кустов
Александр Покрышкин, летая на «аэрокобрах» с весны 1943 году, уничтожил в воздушных боях 48 самолётов противника (общий счёт 59 побед). Вместе с Покрышкиным на «Аэрокобрах» воевали такие прославленные асы, как Григорий Речкалов, Георгий Голубев, братья Глинка и другие. На «Аэрокобре» Речкалова к концу войны было 56 звёздочек, показывающих число воздушных побед; 53 самолёта противника сбил Георгий Голубев, 50 – Дмитрий Глинка. Немного уступал Покрышкину по количеству сбитых самолётов Николай Гулаев, также летавший на истребителе Р-39. На его личном счету 57 сбитых самолётов противника. Но сначала эту грозную машину не восприняли всерьез. Как это ни покажется странным, но самый востребованный впоследствии на советско-германском фронте американский истребитель – «Аэрокобра» крайне не понравился британским летчикам. Почему же эта машина не устраивала англичан? И почему потом «Аэрокобру» чрезвычайно удачно использовали советские пилоты? Может быть, все дело в национальной психологии? В Великобританию первые «аэрокобры» начали поступать с лета 1941 года. Самолет обладал малым потолком, низкой скороподъемностью и плохой маневренностью на средних и больших высотах. Все положительные качества этого самолёта полностью раскрывались только на малых высотах, а английским пилотам, ведущим бои над территорией Великобритании, практически не приходилось летать на низкой высоте. С точностью до наоборот повторилась история с советским истребителем МиГ-3, хорошим на больших высотах и терявшим свои достоинства на высотах низких. «Аэрокобрам» в Англии не нужно было поддерживать ни сухопутные войска, ни поражать наземные цели противника. Их уделом тогда была противовоздушная оборона. Таким образом, истребители Р-39 в Англии оказались невостребованы и уже в декабре 1941 года были сняты с вооружения ВВС Метрополии. Часть самолётов направили в Юго-Восточную Азию, другую – предложили Советскому Союзу. В боях с японцами «аэрокобры» также себя проявили не лучшим образом. Очень мало подтвержденных побед было одержано и американскими летчиками на Р-39 как на Европейском, так и на Тихоокеанском театрах военных действий. Здесь «Кобры» применялись главным образом для выполнения второстепенных задач – прикрытия с воздуха морских конвоев и сопровождения транспортных самолетов. В СССР, куда эти самолеты начали поступать с конца 1941 года, а боевое использование началось в 1942 году, судьба «Кобр» сначала также складывалась непросто. Валерий Романенко, автор книги «Аэрокобры вступают в бой» пишет: «С пеpвых дней эксплуатации пpоявился типичный для иностpанных самолётов недостаток: неполный слив масла из маслосистемы, остатки котоpого быстpо замеpзали на моpозе. Пpишлось сpочно доpабатывать маслосистему…». Но самый неприятный недостаток машины заключался не в этом. Выяснилось, что у Р-39 существует «тенденция к плоскому штопору», что могло привести к гибели пилота и потере машины. Летчиков учили избегать опасных режимов полета, тем не менее, несколько советских летчиков-испытателей и фронтовых пилотов разбились на попавших в штопор «Кобрах». Но в условиях советско-германского фронта, где бои шли чаще всего на относительно небольших высотах, «Р-39» мог проявить свои лучшие качества, оставшиеся незамеченными союзниками, воевавшими в совсем другой обстановке. Правда, для этого потребовалась большая работа советских конструкторов и летчиков, что называется, доводивших машину «до ума». Фактически заказы из СССР спасли фирму «Белл» от неминуемого краха после того, как их продукция не понравилась британским и американским пилотам. В СССР было отправлено 4953 машины, что составило 51,6%, более половины всех построенных самолетов этого типа. Или 35%, более трети, всех поставленных нам в войну самолетов США... «Звездным часом» для Р-39 стала весна 1943 года, когда шла знаменитая воздушная битва над Кубанью. Особую роль в раскрытии потенциальных возможностей «Аэрокобры» сыграл Александр Покрышкин. У нас трижды Героя Советского Союза принято считать, прежде всего, замечательным воздушным бойцом. Это, безусловно, верно, но помимо этого Покрышкин был замечательным воздушным тактиком, организатором и педагогом. Он не был героем-одиночкой, вокруг него образовалась целая звездная группа замечательных асов, летавших на «кобрах». Исследователь биографии Покрышкина Алексей Тимофеев так сформулировал возможности американской машины, которые заметил и использовал замечательный советский летчик: «Аэрокобра» - самый «обрусевший» самолет ленд-лиза... Воздушные бои разворачивались, как правило, на малых и средних высотах до 4,5-5 километров. Здесь-то «кобра» (скорость 585 км/час на высоте 4200 м) могла показать свои лучшие качества – легкость и пилотировании, маневренность, живучесть. И, прежде всего – вооружение, под которое и создавалась молодыми и несколько авантюрными главой фирмы Ларри Беллом и конструктором Робертом Вудсом оригинальная конструкция истребителя. Мотор вопреки традициям был установлен позади кабины летчика, чтобы освободить впереди место для мощной пушки. Улучшился и обзор из кабины, что сразу отметил А. И. Покрышкин. Поставленное впереди третье колесо шасси резко усилило взлетно-посадочные характеристики. Можно было садиться на грунтовые полосы, не боясь капотирования – опрокидывания через нос». Если бы нашим пилотам пришлось драться в других условиях, где-нибудь над Англией или Тихим океаном и они тоже забраковали бы «Аэрокобры», а англичане, доведись им прикрывать сухопутные войска на Кубани или на Курской дуге, оценили бы достоинства этих машин.

Больше материалов по теме

Рейтинг@Mail.ru