Испанская кровь Польши

10.08.2016 - 13:07
Виктор Ангушин

Польская патриотическая общественность возмущена. В Литве вандалы отбили руку у памятника Эмилии Плятер. Когда поляки ломали советские памятники, это считалось проявлением патриотизма. Когда кто-то ломает польский памятник, это, конечно же, вандализм.

Эмилия Плятер — национальная героиня Польши, участница польского мятежа 1830 года. В 1830 г. польские паны всё ещё надеялись увидеть Речь Посполитую «от моря до моря». Пылкая 24-летняя Эмилия присоединяется к мятежникам, обрезает волосы на мужской манер, и вливается в отряд своего родственника, Цезаря Плятера.

В отряде Цезаря Эмилия — рядовой боец. Ходит с кинжалом и пистолетами. Когда мятеж был разгромлен, Эмилия Плятер, фанатичка польского дела, отказывается возвращаться к мирной жизни. Она скрывается в литовских лесах и болотах, где и умирает. Нет, не от пули злого москаля, а от банальной горячки.

Смерть не ахти какая геройская. Польским патриотам лучше было бы видеть Плятер растерзанную русскими солдатами. Но не удалось. Плятер сразила болезнь. Это не помешало польским патриотам-мифотворцам объявить ее польской Жанной д`Арк.

Вклад «польской Жанны д`Арк» в дело восставших преувеличен в пропагандистских целях. Ведь она удобная фигура для мифологизирования! Во-первых, она молодая девушка, а не старый заскорузлый вояка. Во-вторых, добровольно взяла в руки оружие. В-третьих, отказалась сдаваться и т.д.

На самом деле, и это можно прочитать в мемуарах польских мятежников, Плятер была для восставших настоящей обузой. Приходилось постоянно выделять ей охрану и сдерживать её бестолковый пыл. Во время переходов её приходилось таскать с собой, что тоже налагало определённые неудобства. 

В стычках с царскими войсками она не участвовала, офицерского звания не имела. Это не помешало классику польской литературы Адаму Мицкевичу посвятить ей стихотворение «Смерть полковника», оканчивающееся строками «хорошо всем известная в Польше, это дева, герой-агитатор, вождь повстанцев — Эмилия Плятер».

Плятер никогда полковником не была. И не умирала так стойко, с просьбой привести коня, дабы выехать к своим боевым побратимам, как повествовал А. Мицкевич. 

Но, как писал А. С. Пушкин, «печной горшок тебе дороже, ты пищу в нём себе варишь». Мицкевича интересовала не правда, а идеологический капитал, который можно извлечь из смерти Плятер, если эту смерть чуток приукрасить. Вместо исторической истины Мицкевич выбрал «печной горшок» политической пользы. 

Однако главный упрёк в адрес Плятер заключается не в этом, а в том, что её участие в восстании 1830 г. она подпитывала чувством восхищения Тадеушем Костюшко — предводителем предыдущего польского мятежа 1794 г. Мятежники 1830 г. видели свою миссию в том, чтобы завершить дело Костюшко.

 Для Плятер Костюшко и его «побратимы» были святее всех святых. Её не волновало, что после разгрома восстания 1794 г. эти «побратимы» массово хлынули в армию Наполеона. И ладно бы, чтоб с Россией воевать! Так нет же! Они воевали против Испании, утопив эту страну в крови.

История наполеоновской оккупации Испании — одна из самых кровавых страниц испанской истории. Наверное, столько насилия и зверств испанцы испытали на себе только в годы Второй Мировой войны. 

Войска Наполеона и его польские легионеры были не на много лучше, чем позже фашисты. Пленным испанцам отрубали  руки и ноги, оставляя умирать медленной смертью. Убивали детей и стариков. Женщин насиловали. И польские холуи Наполеона активно в этом участвовали. 

Этот мрачный период испанской истории отобразил великий Франсиско де Гойя в серии полотен «Ужасы войны».

 

«Ужасы войны». Пожилая испанка пытается спасти дочь из лап наполеоновского маньяка. 

Бывшие повстанцы Костюшко, биография которого так будоражила патриотическое воображение Эмилии Плятер, виновны в массовых казнях испанского населения. Вина этих испанцев была лишь в том, что они взяли в руки оружие, чтобы защищать свою родину от «корсиканского чудовища». 

Поразительно, но все польские восстания начинались под лозунгом «За нашу и вашу свободу!». Это был призыв к малорусам, белорусам и литовцам присоединяться к восставшим, и воевать против России. И после каждого неудавшегося мятежа, почитатели этого «свободолюбивого» лозунга ехали за тридевять земель давить освободительное движение других народов – гаитянских рабов, испанцев, болгар, сербов, армян, курдов. Поразительное лицемерие! 

 

«Ужасы войны» Испанские женщины в руках у польско-французских оккупантов

 

«Ужасы войны». Расчленённые тела испанцев

 

«Ужасы войны». Пленный испанец посажен на кол

В современной польской историографии участие поляков в войнах Наполеона оцениваются положительно. Несть числа хвалебным статьям о польских уланах, снискавших славу под знамёнами Наполеона! И никто не пишет, что польские легионеры были обыкновенными убийцами.

 

На памятнике Эмилии Плятер в Литве это не написано. 

Рейтинг@Mail.ru