Технология изоляции совести

08.10.2017 - 18:13
Игумен Петр (Ерышалов)

Как же так случилось, что в такой бурно развивающейся стране, как Россия при Государе стала возможна революция? 

Большинство спотыкается об это, кажущееся на первый взгляд, противоречие. Ну что ж, совершенно справедливо, что за благополучие общества отвечают правители, вина за нестроения и смуты целиком ложится на них. Но это верно, только в том случае, когда в обществе нет подспудной злой силы. 

Никогда вам не приходилось слышать, как совершенно здоровый с виду человек неожиданно падал и умирал? После вскрытия выяснялось, что его организм уже давно разъедала потаенная болезнь. В самом благополучном коллективе может вспыхнуть конфликт и случиться сметроубийство при наличии, хотя бы одной злой воли. Разве не очевидно то, что ни какой выдающийся правитель не в состоянии предотвратить появления на свет воров и негодяев? Никакие законы и системы не способны избавить государство от кризисов и проблем. Потому что, там, где есть хотя бы один человек, там уже существуют противоречия и конфликты. 

Революции совершаются не из-за проблем — здравомыслящее общество решает проблемы умом и по́том, а обезумевшее — пулями и штыками. Революции совершаются только там, где есть организованная и проплаченная горстка негодяев, которая, эксплуатируя и раздувая эти проблемы, решает преступные задачи. Мы забываем о том, что самая первая революция произошла на небесах, в мире ангельском, где никаких проблем не существовало. Высший херувим восстал против Бога и, ниспав с Неба, стал сатаной, стал первым и, с той поры, главным революционером, родителем всех бунтарей и мятежников. Каждый может получить удар в спину и быть преданным.

И вот не так давно прозвучали обвинения Государя в том, что это он нас предал. Считаем необходимым напомнить любопытную деталь. Вещь вопиющая, она у всех на виду, но обделена почему-то вниманием — более чем за сутки до, так называемого «отречения», правительства Англии и Франции признали легитимность февральских мятежников. Ни чего это вам не напоминает? Государь был еще у власти, а они уже вступили с Временным комитетом в дипломатические отношения! После этого, Николай II ни кому был уже не нужен, ни предавшим его русским, ни предавшим его европейцам. Еще бы! В случае своей, уже очевидной для всех победы, Россия получала бы такие преференции, которые на долгие десятилетия оставляли бы далеко позади нее все ведущие страны мира. С устранением же Государя все это терялось и доставалось союзникам. 

На станции Дно, в поезде, Николай II фактически был арестован. Его убили бы еще там, в вагоне, списали бы потом на несчастный случай или теракт, если бы не стойкое убеждение мятежников, что за Государем водятся какие-то грешки, которые позволят им предать его гласному суду и, тем самым оправдать себя перед историей. Но грешков за Государем не смогло найти ни Временное, ни большевистское правительства. Со всей семьей и прислугой его потом расстреляют без суда и следствия.  

Там, на станции Дно, Государь был обложен со всех сторон. Он метался в поисках хоть какой-либо возможности вырваться, чтобы после предать трибуналу всех тех, кто пошел на государственное преступление. Ради этого он выдумывал и соглашался на акты противоречащие законам, подписывал бумаги, не имеющие юридической силы. Вот что писал об этом лидер кадетов П.Н. Милюков: «около 3 часов ночи мы получили…известия, что царь отрекся в пользу великого князя Михаила Александровича. Не имея под руками текста… о престолонаследии, мы не сообразили тогда, что самый акт царя был незаконен… заменяя сына братом, царь понимал, что делал... Николай здесь хитрил,… пройдут тяжелые дни, потом все успокоится, и тогда можно будет взять данное обещание обратно». 

Нарушая закон и отрекаясь в пользу своего брата, Государь надеялся, что у того хватит ума понять его отчаянное положение — принять власть и дать Николаю в дальнейшем восстановить законный порядок. Но Михаилу понять не дали. Узнав о том, что этот вариант провалился, Николай II дал указание генералу Алексееву отправить телеграмму, что он отрекается в пользу сына, что бы, рискуя его жизнью, спасти общее положение — генерал Алексеев телеграмму не отправил. 

Десятилетием позже, сподвижник Столыпина Н. А. Павлов вспоминал: «Государь во все время, и до последнего часа, проявил громадное напряжение характера, выдержку и… волю... Больше того — лишь Он, Русский Царь, остался до последней минуты один непоколебимо верным присяге России…». Когда, наконец, до нашего сердца дойдет весь трагизм записи: «кругом измена, трусость и обман»?

Часть нашего населения, по сию пору находится под мороком лжи — последний русский император представляется им в негативном свете. И поэтому хочется задать вопрос: друзья, а все то, лживое, что приписывают последнему русскому монарху под общее пассивное согласие, не является ли все это НАШИМИ недугами и пороками? Не являем ли МЫ из себя вялое и бесхребетное общество? 

Очернив Государя, мы как бы умыли руки и самоустранились от истории. Но если мы думаем, что можем от нее устраниться, то она устраняться от нас не собирается. Не должно ли завершиться это, уже более чем вековое, брюзжание безвольных и слабых людей вопросом: «кто виноват?» мужественным подходом к зеркалу. 

Рейтинг@Mail.ru